"Наивные истории Стояна Божкилова (Болгария)"
25/03/2014
 20/04/2014  Музей наивного искусства
1/13
Партнеры события:
Департамент культуры Москвы, Болгарский культурный институт в Москве

Елена Надеждина, искусствовед:

 

Выставки наивного искусства, с 1990-х неизменно пользующиеся успехом особенно у нас, где такого рода творчество долгое время находилось на полулегальном положении либо приравнивалось к доморощенной самодеятельности, сейчас обрели заслуженный статус и соответствующее ему местоположение. В Суздале, Пскове, Чебоксарах, Ульяновске имеются собрания работ наивных художников. В 1998 г. был открыт и первый в России Музей наивного искусства в Москве, на площадке которого с 25 марта по 20 апреля при поддержке Департамента культуры г. Москвы и Болгарского культурного института пройдет выставка болгарского художника Стояна Божкилова. Организатор выставки – галерея современного искусства «73 улица», впервые представила творчество болгарских художников в Москве в 2012 году, когда были открыты зрителям имена Милены Йоич, Георгия Атанасова, отца и сына Божкиловых.

 

Искусство примитива, наивное, как его именуют в последнее время, инситное искусство (от лат. in situ – на месте, т.е. присущее определенному локусу; этот термин чаще употребим в восточноевропейском регионе) – все это названия одного явления, имеющего отношение к творчеству художников-непрофессионалов. Любительство этих художников и есть главное достоинство, ими тщательно оберегаемое. Отсутствие профессиональной выучки дает свободу от правил, штампов, устоявшихся приоритетов. Художник-самоучка всегда может сослаться на отсутствие школы. Художник-наивист всегда предпочтет сказать: «я нигде не учился», даже если он получил навыки рисования от профессионала.

 

Неправильность, «шершавость» языка наивного художника, его «лепет» сопоставим с детским восприятием мира. Если вспомнить бабушку нашего русского примитива, Елену Андреевну Волкову, человека глубоко религиозного, то окажется, что у нее совершенно своя космогония и свой бестиарий, где есть место и пуделихе-моднице и льву с кротким взглядом. А кто-то рассказывает историю собственной жизни, с вплетением историй самых фантастических: где Есенин читает стихи в столярном цехе, а за окном происходит разгром Колчака; где Пушкин также из окна наблюдает за ходом Полтавской битвы (художник П.П. Леонов). И это еще одно общее свойство условно называемого наивного искусства – внеположенность времени. Сознание наивного художника мифологично, он творит собственный мир, неподвластный ходу времени, сосредоточенный на самом художнике, на близком его окружении, воспоминаниях детства, родном доме – in situ.

 

Интерес к примитиву как особому виду творчества со стороны художников-профессионалов остро проявился на рубеже XIX-XX веков. Именно тогда были открыты и предъявлены художественному миру такие феномены независимого во всех смыслах поведения, как Анри Руссо и Нико Пиросманашвили. Интересно, кстати, что московский Музей наивного искусства обосновался в здании, выстроенном как раз в это время – в стиле модерн. Когда-то здесь был дачный поселок, в одном из похожих домов находилась художественная мастерская И. Левитана. То есть место для музея по определению выбрано грамотно.

 

В художественной культуре болгар, равно как южных славян (сербов, хорватов, словенцев) наивное искусство еще в большей степени, чем в случае Руссо и Пиросмани было стилем поведения. Такой, к примеру, была знаменитая Хлебинская школа в Хорватии во главе с Иваном Генераличем. Поэтика южнославянского и болгарского примитива позволила с одной стороны сохранить независимость от искусства официального, и с другой – уцелеть от девальвации художественных ценностей после крушения т.н. системы социалистического лагеря. К составляющим этой поэтики в первую очередь относятся: обращение к своей национальной культуре с ее древними корнями; ритуальность, основанная на повторах и сопоставлениях, как магические заклинания; праздничность, заданная как «нарядной» гаммой цветов так и игровым, ироничным настроением.

 

Все это можно найти и в работах Стояна Божкилова, где жизнь главного героя рассказана, как всегда у наивных художников, неспешно и обстоятельно. Небольшое местечко с церковью, белеными домишками с красной черепичной крышей. Летом домики от окружающей пестроты тоже становятся розовыми, желтыми и голубыми. Зимой на белом от снега холсте россыпь маленьких фигур напоминает старых нидерландских художников, прежде всего Брейгеля Мужицкого. Здесь есть дворник и священник, книжник и торговец, нарядная дама, просто прохожий, человек с ружьем, возможно охотник. Малое разбросано вокруг большого, а большое – будь это холм, дом, корабль или огромное яблоко – занимает центральное место.

 

Стоян – сын известного наивного художника Кирила Божкилова, старший брат Стояна – резчик по дереву, тоже работает в жанре наивного искусства. Родом Божкиловы из небольшого курортного городка Сандански у подножия Пиринских гор на юго-западе Болгарии. Холмистая местность на картинах отца появляется и у сына. У Стояна каждая деталь подчинена общему ритму и подобна знаку-иературе, как будто эти сельские пейзажи составлены из картинок-букв типографом. Главные герои всегда больше остальных, словно заглавные буквы и как это было в древних сакральных изображениях – фресках, иконах.

 

Самый распространенный сюжет – взаимоотношения мужчины и женщины. Ужин вдвоем, танец, поцелуй, множество повторяемых, подобных ситуаций показывают, насколько важна эта тема для художника. Пышные формы слегка напоминают Ботеро, но у Стояна нет сюрреалистической тревожности колумбийского художника. Так, сцена в ресторане с танцующими парами выглядит как праздник музыки, искусства, застолья и любви. Лежащая обнаженная прекрасна своей незатейливой красотой, оттененной иронией: сопоставлением полосок матраса с горохом подушки, положением книги, формой сложенных под мордочкой лап кошки.

 

В картинах Стояна сопоставлены разные миры – мир старого «большого» искусства и уютный «малый» мир художника-любителя; вечная «большая» тема любви и страсти и «малые» бытовые хлопоты. Малое рядом с большим никогда не теряет своей значимости, тут важно все, каждая деталь – бокал вина, чайник в руке, лимоны на картине. Зритель тоже невольно включается в игру сопоставлений, собирая, словно бирюльки деталь за деталью, и каждая новая картина становится для нас продолжением старой, а мир художника все более близким и узнаваемым. 

 

Выставка работ Стояна Божкилова была открыта до 20 апреля 2014 года.

Адрес: Союзный проспект, 15а, Музей наивного искусства.